Книга

Глава 4. Стахановский почерк 1947-1950 гг.

Из одного металла льют
Медаль за бой,
Медаль за труд.
Алексей Недогонов, «Флаг над сельсоветом»

Серп в придачу

Жизнь после долгожданной победы над фашизмом представлялась советскому народу, скорее всего, иначе – более радостной, тёплой, привольной. А она, точь-в-точь как в знаменитой песне Тухманова, оказалась со слезами на глазах. Да, не разили больше воинов пули, а жён и матерей – похоронки, но куда ни глянь – страна лежала в руинах. И потому народ-победитель жил голодно, кутался во фронтовые обноски, ютился где придётся. Напомним некоторые детали.

Летом, осенью и зимой 1945 года в очередях за «карточным» хлебом жители Чебоксар стояли по нескольку часов. В 1946 году вновь случился неурожай, вынудивший правительство страны пойти на новые меры по экономии хлеба. Это означало: запланированная отмена карточной системы распределения будет отложена; в городах с 300 до 250 гр. уменьшались дневные нормы выдачи всем иждивенцам, детям – с 400 до 300 гр.; все хлебопекарные предприятия должны были применять до 40% примесей овсяной и ячменной муки, из производства исключалась выпечка подового хлеба. В деревнях было ещё горше. Вернувшиеся с фронта солдаты Победы жаловались на то, что не видели хлеба с момента возвращения из армии, ели одну картошку. Колхозникам хлеб на трудодни не распределяли с начала войны.

А вот как выглядела в Чебоксарах ситуация с жильём из-за стремительного роста в годы войны численности городского населения. В 1946 году на одного горожанина в среднем приходилось чуть более 3 кв. м жилья при санитарной норме 8,25 кв. м. Многие семьи из 5-7 человек проживали в крохотных комнатах площадью 6-7 кв. м. У имевшегося жилого фонда средняя изношенность доходила до 45% и выше.

Что было делать в такой ситуации? Работники фабрики «Басон» – в большинстве своём выходцы из деревень – испытывали те же тягости. Многие ходили на фабрику в лаптях. Косвенно об этом свидетельствует сохранившееся в архиве предприятия заявление одной из ткачих директору: она просит выделить ей и другой работнице... две пары тапочек. В таких условиях руководство фабрики «Басон» совершенно справедливо рассудило, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Уже в 1947 году предприятие приступило к строительству двухэтажного 20-квартирного дома, а также увеличило масштабы продовольственного самообеспечения. Вот любопытное свидетельство на этот счёт: договор фабрики с колхозом им. Красина Чебоксарского района от 21 апреля 1947 года. В соответствии с ним колхоз передавал фабрике «на один севооборот» землю в количестве 13 га (для наглядности – клин размером 360 на 360 метров), а также необходимый для её обработки сельхозинвентарь. Правда, об инвентаре говорилось с оговоркой – «по мере возможности».

Что взамен?

Взамен фабрика должна была оплатить госпоставки, положенные для названной земельной площади, доставить на своей автомашине из колхоза в город 20 тонн зерна нового урожая, обратно – 5,5 тонны семенной ссуды. Кроме того, в виде оказания помощи фабрике надлежало отпустить колхозу 300 кг смазочного материала, 25 комплектов сбруи, 30 метров бязи и 30 метров приводного ремня.

Последнее, наверное, было для «Басона» теперь самым необременительным: к тому моменту оба крутильные ватера были введены в строй, и у фабрики не было проблем с крутильной пряжей. Но в целом договор, конечно, трудно назвать равновесным. Получалось: ты, «Басон», и с государством за колхоз рассчитайся, и помощь ему окажи. Однако что делать? Рабочих хотя бы раз в день накормить в фабричной столовой надо?.. Живущий впроголодь – плохой работник. Вспомним в связи с этим рассказ ветерана фабрики батанщика И. А. Кочергина: немцы в войну специально обстреливали полевые кухни – «если человек три-четыре дня не ест, он становится небоеспособным».

Под Красным Знаменем

Воодушевлённый успехами 1946 года, небольшой коллектив текстильно-галантерейной фабрики «Басон» на достигнутом не остановился. 5 марта 1947 года газета «Красная Чувашия» сообщила читателям: «Коллектив фабрики решил ознаменовать 30-летие Великой Октябрьской социалистической революции досрочным выполнением годового плана, увеличением ассортимента товаров ширпотреба на три новых изделия, пуском в эксплуатацию красильно-аппретурного цеха... Решено также закончить к годовщине Октября капитальный ремонт фабричных общежитий и квартир рабочих и служащих. ... Приняв повышенные обязательства, коллектив с первых же дней деятельно взялся за их выполнение. Стахановки Калинина,
Янина, Дмитриева ежедневно выполняют по полторы-две нормы. Их примеру следуют другие рабочие».

И слово «Басона» не разошлось с делом. Фабрика успешно освоила массовый выпуск косынок и кашне14. По инициативе ткачихи Орехово-Зуевского хлопчатобумажного комбината М. Волковой передовики фабрики начали осваивать методы многостаночного обслуживания техники. Так, Мария Иванова перешла на обслуживание 35 плетельных машин при норме 17. А отсюда уже было рукой подать до признания. Впервые завоевав в июне переходящее Красное Знамя обкома КПСС и Совета министров ЧАССР, она до конца года не уступала его никому. Годовой план фабрикой был выполнен уже к 4 ноября 1947 года. И потому в полном смысле восторженно рассказывала о трудовых подвигах коллектива газета «Красная Чувашия» 15:

«Когда по советской стране прозвучал голос ленинградских рабочих, призвавших к социалистическому соревнованию в честь 30-летия Великого Октября, коллектив фабрики решил: «Достойно встретим славный Октябрьский праздник!»

... Выработка рабочих росла изо дня в день. Много ценных усовершенствований вносили в производство рационализаторы. Инженер Драбкин добился значительного улучшения процесса перемотки пряжи, механик Кораблев предложил новую систему смазки станков, кадровый мастер – плетельщик Никонов разработал и сейчас внедряет в производство синельную машину своей конструкции.

Но самым неутомимым рационализатором на фабрике является ее директор Е. Н. Язловецкий. Усовершенствование крутильных ватеров, реконструкция сновальной машины, создание мотального станка с крестообразной намоткой нитки, наконец, разработка и осуществление проекта подачи воды на предприятие (городской водопровод не доходил до фабрики) – все это плоды творческой работы инженера-новатора.

... Многие рабочие досрочно выполнили свой годовой план. Упаковщица А. Калинина к 1 октября годовое задание выполнила на 163,5%, тростильщицы К. Емельянова и З. Одерякова – на 116,9 и 114 %. Нарастающими темпами идет выполнение норм у знатной плетельщицы Марии Ивановой: в июле – 140%, в августе – 157,5%, в сентябре – 163,3% нормы – таков рост стахановки.

... Стахановский коллектив фабрики «Басон» четыре месяца подряд завоевывал первенство в социалистическом соревновании предприятий легкой и текстильной промышленности Чувашской республики. Четыре месяца держал он в своих руках переходящее Красное знамя Совета Министров Чувашской АССР и ВКП(б).

– Добьемся новых, еще более высоких показателей в работе и вновь завоюем почетное знамя, – единодушно уверяют стахановцы.

Этому можно верить. Дружный коллектив басоновцев своим самоотверженным трудом, своей настойчивостью в борьбе за выполнение предоктябрьских обязательств доказал это».

Вместе с тем, как было заведено в стране Советов, одним только повышенным вниманием газет к предприятию дело не ограничилось. Следующим фактом доверия стало вовлечение передовиков фабрики во власть. И первой в этом ряду (более ранними сведениями мы не располагаем) стала упомянутая выше плетельщица Мария Иванова. В заметке «Кандидаты от коллектива фабрики «Басон» сообщается:

«Торжественно и празднично проходило собрание рабочих и служащих фабрики, посвящённое выдвижению кандидатов в депутаты Чебоксарского городского Совета депутатов трудящихся.

– Мы все хорошо знаем Марию Кузьминичну Иванову, – заявил техник-нормировщик В.В. Шапиро. – Она пришла к нам на фабрику в 1942 году и в дни Великой Отечественной войны проявила себя самоотверженной работой. Сейчас, в дни мирного строительства, она ежемесячно выполняет свои задания на 140-150 процентов. Дирекция фабрики ей присвоила звание лучшей плетельщицы» 16. 

... Не может каждая кухарка управлять государством, возможно, возразит нам в этом месте привередливый читатель. Не станем возражать: пока некомпетентна – не может и не должна. Но учиться этому и претендовать на управление государством вправе каждый. А то, что в СССР честь оказывалась по труду, было его несомненным завоеванием и достоинством. Судите сами: в соответствии с официальной доктриной «общенародного государства» 45% депутатов, работающих в местных советах Чувашии, было отдано рабочим и крестьянам, 40% депутатского корпуса составляли женщины. Подобного народного представительства в то время не было ни в одной стране мира.

Надо сказать, что и в целом для страны 1947 год завершился на мажорной ноте. Неплохой урожай, а также завершение перевода экономики на мирные рельсы позволили провести в декабре денежную реформу и отмену карточек. Впрочем, взамен были введены единые розничные цены на продовольствие и промтовары, а также предельные нормы отпуска товаров в одни руки. Эти меры возымели действие: в следующем 1948 году государственные розничные цены по сравнению с дореформенными снизились на 17 %, рыночные же цены под натиском государственных упали ещё сильнее – более чем в три раза.

Что можно было приобрести в соответствии с новыми предельными нормами отпуска в одни руки? Хлеб печёный – 2 кг; крупа, макароны – 1 кг; мясо и мясопродукты –1 кг; колбасные изделия и копчёности – 0, 5 кг; сметана – 0,5 кг; молоко – 1 л; сахар – 0, 5 кг; чулки-носки –2 пары; обувь кожаная, текстильная, резиновая – по 1 паре каждой; мыло хозяйственное –1 кусок; мыло туалетное –1 кусок; спички – 2 коробки. И т. д. Большая часть этих норм действовала до августа 1958 года, на часть продуктов – хлеб и хлебобулочные изделия, мясо и колбасы, сахар, животное масло и яйца – даже до 1963 года. Оно и понятно: из-за вовлечённости страны в гонку вооружений улучшение благосостояния народа постоянно откладывалось.

Прощай, местпром!

В следующем 1948 году «краснознамённая» поступь фабрикой была продолжена. В январе, феврале, июле и ноябре она вновь становилась обладателем Красного Знамени СМ ЧАССР и обкома ВКП(б). Мало того, эстафету старших подхватил комсомол. Газета рассказывает:

«Обсудив на открытом комсомольском собрании вопрос о подготовке к 30-летию ВЛКСМ, фабричная молодёжь единодушно выразила желание прийти к юбилейной дате с новыми производственными победами. В цехах созданы четыре комсомольско-молодежных бригады, с 15 сентября они встали на стахановскую вахту.

Лучшие результаты показывают члены молодежной бригады упаковщиц, возглавляемой комсомолкой А. Зверевой. За 15, 16 и 17 сентября эта бригада свое сменное задание выполняла на 145,3 – 158,8 процентов... Но не одной работой увлечена молодёжь. Заметно ожила работа фабричного клуба. Каждый вечер здесь собирается несколько десятков молодых рабочих и работниц. К их услугам имеются газеты и художественная литература, музыкальные инструменты, шахматы, шашки. Юноши и девушки слушают доклады и беседы о комсомоле, устраивают вечера танцев и игр, разучивают новые песни советских композиторов. Драмкружок фабрики, в который в этом месяце записалось 25 человек, готовит к 30-летию ВЛКСМ новую пьесу» 17. Кстати, боевой настрой фабричного коллектива оказался для Чувашии как нельзя ко двору. По решению Совета Министров СССР в Чебоксарах в 1948 г. началось строительство целого комплекса (по современному – кластера) крупнейших предприятий текстильной промышленности. Всего за пять лет в индустрию республики предусматривалось
вложить 332,5 млн. руб., в том числе в строительство текстильного комбината – около 200 млн. руб. Достижения «Басона» с этой точки зрения прямо подтверждали возможность
успешного преодоления республикой сложнейших технических и кадровых проблем, неизбежных при ускоренном индустриальном развитии.

Кроме громких трудовых побед, другими важными вехами 1948 года для предприятия стали завершение строительства 20-квартирного жилого дома и кадровые перемены. 15 ноября Е. Н. Язловецкого на посту директора предприятия сменил главный инженер М. М. Драбкин (в качестве исполняющего обязанности), а с 1 декабря (уже на постоянной основе) – Андриан Степанович Тюшкин.

Следует заметить, что вся «краснознамённая поступь», о которой рассказано выше, давалась фабрике нелегко. Её по-прежнему донимали простои, вызванные перебоями в подаче электроэнергии и нехваткой сырья. Так, в 1948 году по двум этим причинам фабрикой было потеряно 904 человеко-дня. В 1949 году обеспеченность фабрики сырьём снова не превышала 75% от потребности. Да и что это было за сырьё?

Ветеран фабрики Агриппина Васильевна Ершова вспоминает: «Это сейчас централизованные поставки сырья, а тогда нам его привозил дядя Петя Саляев. Поедет на хлопкопрядильную фабрику, ему там какие-то отходы для нас дадут, и мы с ними работаем».

Не лучше обстояло дело с инструментом, запчастями, комплектующими. Рассказывает Иван Александрович Кочергин, батанщик: «Пришёл я на лентоткацкую фабрику вскоре после войны, столяром. На фабрике ткацкие станки, где много деревянных деталей. Ну, думаю, тут мне работы хватит. Надо было челноки делать из граба, а это самое твёрдое, жёсткое дерево. Фрезеровать зубчатку надо. А станков никаких нет. Молотка тогда на фабрике не было. Хорошо, у меня свой инструмент был, так им и работал».

Вот за счёт сознательности и ставили рекорды. Ещё за счет того, что работой в послевоенные годы дорожили. Армия была беспрецедентно сокращена: с 11,4 млн. человек в 1946 году до 2, 9 млн. в 1948-ом, и всем демобилизованным нужна была работа. А также, конечно, общим желанием тогда было поскорее наладить жизнь, благоустроить ее. Именно поэтому силами фабричных рационализаторов из подручных материалов создавались в то время недостающие машины, усовершенствовались имеющиеся станки. В 1949 году на предприятии были образованы первые бригады отличного качества, взявшие на себя обязательство выпускать продукции первого сорта не менее 92% от всей произведённой. С выполнением обязательств
они успешно справились. В цехах была введена строжайшая экономия в расходовании сырья, материалов, топлива и электроэнергии. Способствовали увеличению производства и ускорению оборачиваемости средств и такие действия руководства предприятия, как реализация излишков товарно-материальных ценностей, организация передачи опыта передовиков, введение соревнований по ежедневным и ежемесячным индивидуальным показателям. Передовики награждались грамотами и денежными премиями 18.

А каких высот сумела бы достичь фабрика, устрани она свои хронические проблемы? Согласно расчётам 1950 года, при введении в строй оставшегося неустановленного оборудования фабрика могла увеличить производственные мощности на 30-35% и довести выпуск продукции с 3 млн. рублей в год до 5-6 млн 19.

Вот живое подтверждение реальности этих расчётов – строчки из статьи о встрече годовщины Октября:

«Значительное время фабрика простаивала из-за перебоев в снабжении сырьем. Но последние дни августа и первая декада сентября показали, что коллектив может наверстать
упущенное и... выполнить годовой план к 5 декабря – ко Дню Сталинской Конституции. Для осуществления принятых обязательств разработаны конкретные организационно-технические мероприятия, создаются стахановские школы и кружки техминимума. Коллектив приступил к внедрению опыта инженера Ковалёва по организованному изучению и внедрению стахановских приемов методов труда». 20

Что это за опыт и что за методы? Речь – о той самой научной организации труда, родоначальником которой был наш соотечественник Алексей Гастев, чьи идеи впоследствии были успешно освоены в Японии и вернулись к нам под именем бережливого производства или ЛИН-технологий. А ведь в Советском Союзе так называемые «кайзен» (улучшения) хорошо известны со стахановских времён, они успешно применялись повсеместно, в том числе на «Басоне». Вот характерная заметка в одном из октябрьских номеров газеты «Красная Чувашия»: «Стахановка Чебоксарской фабрики «Басон» Наталья Сомова затрачивает на смену шпули пять секунд вместо восьми по норме. Её приёмы при выполнении этой операции изучены по методу инженера Ковалёва, обсуждены на производственном совещании и приняты для передачи другим работницам».

Тогда счёт рабочим операциям вели на секунды. Не потому ли темпы экономического развития СССР были самыми высокими в мире?..

Для присоединения к этим темпам фабрике оставалось преодолеть проблемы энергодефицита и оторванности от родной текстильной промышленности. Дело в том, что министерство местной промышленности Чувашии, которому предприятие было переподчинено в 1943 году, было не в состоянии ему помочь. Местпром не имел плановых фондов на сырьё, не располагал другими необходимыми для текстильного производства материально-техническими ресурсами. Случайные, выпрошенные поставки не позволяли фабрике развернуть работу на полную мощность. Также министерство местной промышленности не могло дать квалифицированного руководства, там просто не было соответствующих специалистов-текстильщиков. В то же время существующие в Чебоксарах текстильная и чулочно-трикотажная фабрики входили в состав Министерства легкой промышленности РСФСР, планово обеспечивались сырьём, оборудованием, комплектующими.

Такое положение дел побудило руководство республики выйти в Совет Министров СССР с предложением о возвращении фабрики в ведение Министерства лёгкой промышленности РСФСР. И такое решение было принято: 1 марта 1950 года появилось соответствующее постановление Совета Министров СССР за № 12034-р, продублированное затем 5 марта постановлением Совмина РСФСР за №2771. Эти документы предписывали передачу Чебоксарской текстильно-галантерейной фабрики «Басон» в состав Главного управления текстильно-галантерейной промышленности Минлегпрома РСФСР. Одновременно фабрика получала новое название – «Чебоксарская лентоткацкая фабрика». Кроме того, в целях более узкой специализации и соответственно более высокой производительности труда был сокращён производственный профиль фабрики. Отныне главным для неё становилось лентоткачество. Плетельное же производство ликвидировалось с передачей оборудования в Казань.

В том же 1950 году в связи с вводом в строй второй очереди Заволжской электростанции была существенно уменьшена угроза энергодефицита. И вообще Чувашия в те дни с оптимизмом смотрела в будущее. Накануне 30-летия со дня образования автономной республики (24 июня 1950 г.) правительством СССР был утверждён целый комплекс мероприятий «по развитию промышленности, жилищно-коммунального и культурно-бытового строительства в городе Чебоксары». То есть городу предписывалось расти, а что может быть увлекательнее, чем участие в созидании для детей, внуков, друзей?..

Как жили и работали

Воспоминания ветеранов «Ленты»

«Всё менялось к лучшему»

Иван Александрович Кочергин, батанщик:

– В сороковых годах, когда я начинал работать на фабрике, очень не хватало оборудования. У нас, батанщиков, не было не только станков, но даже и простого молотка. А я столяр,
у меня был свой инструмент, им и работал. Носил на работу и обратно топор, рубанок – они мне и дома были нужны. Другая беда: для тех деталей, которые мы делали, разные железки
были нужны. С этим тоже проблема – на фабрике нет, а чтобы где-то на стороне купить, денег не выделяют. Что делать? Начальство-то не знает, ему главное, чтоб было сделано. Товарищи даже удивлялись, как я терплю, они быстро убегали, недолго работали.

Но потом наладилось: фабрика приобрела столярные станки, циркулярную пилу. После этого стало легче, не нужно было таскать инструменты. И на сельхозработы меня не отвлекали – работник был ценный. Платили, правда, мало – каждая копеечка на счету. С другой стороны, каких знал столяров и плотников, они получали меньше моего. Поэтому работы на других предприятиях я не искал, как после шабашек устроился на лентоткацкую, так до пенсии на ней и работал.

С жильём тоже постепенно наладилось. От фабрики нам с женой и дочкой дали комнату в общежитии, рядом с фабрикой. Сейчас этого здания нет. Это был пятистенный дом из трёх комнат. В большой комнате жил инженер Кудрявцев, в другой – семья из пяти человек (четверо взрослых и мальчик), в третьей комнате – мы. Потом мать моя переехала к нам: стали жить вчетвером, и очень хорошо жили, дружно. А рядом был клуб, туда ходили кино смотреть.

«Были у нас одна лошадь и телега на всю фабрику»

Агриппина Васильевна Ершова, помощник мастера, начальник лаборатории:

– Как я уже говорила, 1 сентября 1949 года пришла я работать на фабрику помощником мастера приготовительного отдела. Работали мы в две смены, это мне очень нравилось. Но если план не выполнишь, приходилось работать по 12 часов. А план не выполняли, потому что вечно с сырьём были проблемы. Да практически ничего, кроме станков, тогда на фабрике не было. Вот я ездила проверять качество сырья на чулочную фабрику. Для этого нужно взять с собой не менее пяти бобин с пряжей, вес каждой полтора килограмма. Погрузишь их в мешок, мешок через плечо – и в путь. Хорошо, если на лошади или машине подвезут. А назад сами чулочники иногда добраться помогали. Когда работать начала, на всю фабрику
были одна телега, одна лошадь и один возчик. Весь транспорт!..

Делали мы в то время фитиль, резинку-рюш, ботиночный и шторный шнур. На смену приходился один поммастера. У нас поммастера была Женя Волчкова, а начальником в ткацком цехе – Евдокия Андреевна Наумова, очень добрая, отзывчивая и специалист хороший – всем помогала.

Наш отдел, кроме сырья, занимался подготовкой основы для ткацкого цеха и утка для плетельного. Подготовленное – шпули, основы, уток – отпускали в цеха. В приготовительном отделе были две мотальные машины (чугунка), одна тростильная и где-то восемь «городков» (шпули уточные), две крутильных машины и три сновальных машины. И очень много ручного труда!

Ещё, пока мы относились к местной промышленности, у нас была допотопная красилка: просто ёмкость, куда в мотках опускали пряжу. Затем мотки вытаскивали, сушили, потом начинали разматывать. Крашеная нить для фитиля была нужна. А в основном красили шёлк для резинок-рюш. Но это небольшой объём.

Социалистическое соревнование у нас было. Без этого никогда. Писали обязательства всей сменой, коллективно. Не допускать брак, содержать в надлежащем состоянии оборудование, не допускать простоя станков. Каждый месяц подводили итоги, какая смена лучше всех работала, и выносили ей благодарность.